Допустим, у вас приличный школьный французский. Откройте почти любое приложение для изучения языков, и оно начнёт со слова «здравствуйте». Вы умеете заказать кофе в Лионе, а первый урок посвящён приветствиям. Приложению неоткуда знать, что вы умеете, а спрашивать оно не хочет.
Обычно это лечат тестом на уровень, который в конце выдаёт результат. Такой тест мы тоже сделали и убрали. Результат «выше среднего» можно упомянуть на вечеринке, но он не подсказывает, чем заняться во вторник. Вместо теста появилась проверка, и в этой записи мы рассказываем, что она делает на самом деле.
Она ищет первое, чего вы подтвердить не можете
Проверка не экзамен по всему предмету. Она ищет границу между тем, что вы умеете, и тем, чего пока не умеете.
Сначала она спрашивает о чём-то из середины маршрута. Если ответ подтверждён, всё, что стоит на маршруте явно раньше, тоже считается подтверждённым, и проверка идёт дальше. Если нет, она отступает назад. Через несколько вопросов она находит нужное место: первое на маршруте, чего вы пока не умеете. С него и начинается ваш первый урок.
Поэтому проверка короткая, и поэтому она кажется неровной. Один вопрос покажется до смешного лёгким, а следующий слишком трудным. Так и должно быть, когда ищут границу. Проверка не пытается равномерно пройтись по всему материалу. Ей нужно найти одну границу и перестать спрашивать.
Подсказок нет, и только здесь
Во всём остальном продукте можно попросить помощи. Подсказки приходят по одной, наставник объясняет то, что вы не поняли, и просьба о помощи не считается неудачей.
В проверке ничего этого нет. Это единственное место в EvoluteMe, где мы нарочно ведём себя недружелюбно.
Подсказка меняет сам вопрос. Вместо «умеете ли вы это» получается «умеете ли вы это, если вас подтолкнуть», а на второй вопрос почти все и почти всегда честно отвечают «да». Тогда проверка поставила бы вас на маршруте дальше, чем вы есть на самом деле. Первый урок опирался бы на то, чего вы не знаете, и весь маршрут после него был бы построен неверно.
Ошибиться можно в обе стороны, но цена разная. Если начать слишком рано, вы потеряете вечер на скучный урок. Если начать слишком поздно, человек решит, что предмет ему не даётся, хотя на самом деле это программа ошиблась насчёт него в первые две минуты.
Оценок нет, и ошибки не выделяются красным
Оценки в конце нет. Нет ни балла, ни ступени, ни маленького сертификата. Вы получаете фразу о том, что вы уже умеете, и маршрут, на котором отмечено ваше место.
Неверные ответы в проверке нигде не записываются вам в минус. Ошибка только меняет направление поиска. Ни один экран не подсчитывает ошибки, родителю их число не показывают, и руководитель его тоже не видит. То же с подсказкой, которую вы взяли в уроке: она остаётся в этом уроке и больше нигде не учитывается.
Мы делаем так не из деликатности. Как только проверка начинает ставить оценку, к ней и относятся как к оценке, а когда человека оценивают, разумно отвечать осторожно. Осторожный ответ это догадка, выданная за знание, а догадки сбивают поиск. Проверка работает, только пока сказать «не знаю» действительно безопасно.
Что даёт подтверждённый навык
К нему больше не нужно возвращаться. Отдельным уроком он не появится никогда, и вам не придётся тратить вечер, доказывая продукту, что вы всё ещё умеете то, что умели в понедельник.
Вернуться он может только в одном виде: как короткое повторение. Так бывает, когда на навык опирается следующий шаг, а по вашей недавней работе видно, что вы стали владеть им хуже. Это не плановое повторение, не еженедельный опрос и не напоминание о том, что вы давно не тренировались. Повторение появляется только потому, что без этого навыка не получится следующий шаг.
Здесь же ответ на вопрос, который о проверке задают чаще всего: что будет, если человек удачно угадал и его поставили слишком далеко? Маршрут узнает об этом почти сразу, потому что следующий шаг опирается на этот навык. Разбор покажет, где именно вы рассуждали неверно, и вы получите короткое повторение недостающего куска. Назад вас при этом не отправят.
Чего она не видит
Всего, на что нельзя ответить с клавиатуры или голосом.
Она не видит, умеете ли вы вести разговор на языке, настоящий разговор, с человеком, который вас перебивает. Проверка слышит, как вы произносите фразу и получилась ли она. Посадить вас в комнату с незнакомым человеком она не может, и мы не делаем вид, что разговор с наставником это такое же испытание.
Она не видит, умеете ли вы что-то делать руками. У парикмахера, автомеханика и медсестры большая часть умения такая, что о ней с экрана не спросишь. Тренажёр с проверкой по фото решает эту задачу только отчасти. Снимок вашего решения действительно показывает, как вы к нему пришли, но говорит он о решении, а не о руках.
Она не видит, справитесь ли вы в условиях, из-за которых работа и трудна: когда вы устали, когда надо быстро, когда клиент ждёт. В этом разница между подтверждённым навыком и работой. Поэтому в конце маршрута вы получаете умение, а не обещание трудоустройства.
Где мы можем ошибаться
Проверка короткая, потому что длинную люди бросают, а короткая не может быть совсем точной. На большом предмете она может начать ваш маршрут чуть раньше, чем нужно, и это будет стоить вам пары лёгких вечеров. Из двух ошибок мы нарочно выбрали эту.
Есть возражение серьёзнее: граница упрощает человека. Знание не устроено так, что до некоторой черты всё усвоено, а после неё нет ничего. У живых людей есть пробелы и в том, что считается пройденным. Они могли остаться с тех пор, как много лет назад учитель две недели болел.
Такие пробелы мы находим с помощью короткого повторения, но находим поздно: только когда на пробел опирается что-то из следующих шагов. Искать их напрямую мы не научились. Всё, что мы придумывали, превращалось в тот самый длинный тест, от которого мы отказались.
