Лимит продержался на доске около часа. Кто-то написал его зелёным: двенадцать курсов в месяц и цена рядом. Чисто и легко ставится на страницу тарифов.
Потом вопрос с другого конца комнаты: а если человек соберёт один курс и двадцать раз за неделю пересоберёт в нём главу? Зелёное мы стёрли и пошли искать то, что считает работу, а не упаковку.
Лимит врёт в обе стороны
Возьмите человека, который собрал за месяц три курса, а заплатил за двенадцать. Девять слотов сгорели без возврата, и к третьему месяцу этот клиент тихо уходит.
Теперь второй. Автор правит один курс по кругу: в воскресенье переписал главу, поменял список тем, пересобрал снова. По счётчику он давно исчерпал лимит, хотя работы для него сделано меньше, чем на одном курсе с нуля. Он тоже уходит, раньше и куда громче.
У обоих случаев один корень. Курс это не единица работы. Курс, вставленный из чистой инструкции, и курс, выжатый из смутной идеи за три пересборки, обходятся в разные деньги. Лимит настаивает, что это близнецы.
Что считается на самом деле
Занятия не стоят ничего ни на одном тарифе, и на бесплатном тоже. Глава, задание и проверка ответа это то, ради чего сюда пришли, и поставить на них счётчик значило бы заняться не тем делом.
Баллы платят за работу модели: сборку курса, переделку главы, разговор с наставником о задании, урок её голосом, банк заданий тренажёра и разбор сфотографированного решения. Курс с витрины тоже в этом списке, по цене, которую поставил его автор. То есть за то, что стоит настоящих денег, а не за то, что вы числитесь в базе.
Есть неприятное следствие. Кто много работает в мастерской, платит больше того, кто заглядывает раз в месяц. Это правильно и продаётся хуже, чем «безлимит» у соседей.
Резерв и деньги, которые возвращаются
Точную стоимость операции заранее не знаем даже мы: она зависит от материала и от того, сколько работы он потребует.
Поэтому баллы резервируются по верхней оценке до начала работы, а списывается настоящая стоимость по её окончании. Разница возвращается в кошелёк сама, без всяких запросов, и видна в журнале отдельной строкой.
Резерв нужен ради одного: операция не должна остановиться на полпути. Брошенный на середине курс хуже несобранного: его придётся прочитать, чтобы понять, где он перестал иметь смысл. Поэтому же разрешён небольшой долг. Если работа вышла чуть дороже резерва, она всё равно доходит до конца, а кошелёк уходит слегка в минус, и глава не обрывается посреди предложения.
Журнал вместо обещания
Журнал показывает, кто потратил, когда и на что. Это не управленческий отчёт и не способ следить за сотрудником. Он отвечает на вопрос всякого, кто за что-нибудь платил: куда ушло.
Красивую сводку с диаграммами мы намеренно не сделали. Строчка на операцию полезнее: видно, во что обошлась та воскресная переделка главы, и можно решить, стоит ли следующая.
Что не стоит ничего
Понятнее всего устройство видно по тому, что в него не входит.
Уроки бесплатны, и первый за день, и двадцатый. Возврат к старому материалу бесплатен, и это уже принцип: если брать плату за повторение, люди начнут экономить на повторении, а повторение это половина учёбы.
Проверки бесплатны, в начале и по дороге. Тренажёр выдаёт дневную порцию бесплатно. А фотопроверка решения баллы тратит: узнать почерк и пройти решение по строчкам это работа.
Чужой курс с витрины стоит столько баллов, сколько попросил его автор, и большая часть этих денег остаётся ему. На Basic и Extended за него платят баллы тарифа, на бесплатном тарифе пробный запас, а после него купленные баллы, которые не сгорают, пока вы раздумываете.
Почему не помесячная подписка
Подписка проще и честнее лимита, но и у неё есть изъян: она наказывает за ритм.
Тот, кто занимается рывками, платит за месяцы, в которые его тут не было. Автор, собравший два курса в январе и вернувшийся в мае, либо платил за пустые месяцы, либо отписался и потерял нить.
Мы хотели кошелёк, который вы пополняете и забываете до следующего раза. Бесплатный тариф открывается пробным запасом, так что с пустым кошельком в первый вечер не столкнётся никто. Купленные баллы остаются вашими, и календарь их не отсчитывает. Баллы, которые приходят с тарифом, в конце месяца сгорают, и как раз это чаще всего понимают неверно, поэтому на странице тарифов мы говорим это дважды.
Один кошелёк в компании
У компании общий кошелёк с лимитом на человека. Лимит не даёт одному увлечённому руководителю опустошить бюджет в четверг вечером, а ставит его сама компания.
Учебные цели живут в другом месте. Командная мера вроде четырёх учебных дней в неделю ставится команде, а результат приходит руководителю группы, не каждому сотруднику. Трата это деньги, учёба это человек на работе, и от смешения второе превращается в отчётность.
Когда баллы кончились
Ничего драматичного не происходит, и это место нам важнее всего было не испортить.
Уроки идут дальше. Маршрут на месте, повторения приходят, тренажёр выдаёт порцию. Останавливается то, что делает для вас новый материал, пока кошелёк снова не пополнится.
Собранное не запирается: ваш курс открывается и с пустым кошельком.
Посреди операции баллы тоже не кончатся: резерв взят заранее, небольшой долг покрывает перерасход, и работа доходит до конца.
Чего мы пока не умеем
Оплаты картой сегодня нет. Тариф выдаёт администратор руками, а платёжный провайдер стоит в очереди сразу за нынешней работой. Написать на сайте «оплатите любой картой» мы не стали: такая ложь вскрывается секунд за пятнадцать.
Вторая дыра это честное незнание. Мы не знаем, каким выходит нормальный месячный баланс у того, кто занимается каждый вечер: таких людей ещё не было. Когда узнаем, опубликуем, даже если счёт по работе окажется неприятнее лимита и придётся думать заново.
